Носов Николай Николаевич

                     Тук-тук-тук

Носов Николай Николаевич, тук-тук-тук, литература для 4 класса, рассказ для 4 класса читать онлайн, книги для начальной школы читать бесплатноМы втроём - я, Мишка и Костя - приехали в пионерлагерь на день раньше всего отряда. У нас было задание: украсить помещение к приезду ребят. Мы сами просили нашего вожатого Витю отправить нас вперёд. Нам очень хотелось поскорей в лагерь.

Витя согласился и сам поехал с нами. Когда мы приехали, в доме уже заканчивалась уборка. Мы развесили на стенах плакаты, картины, которые привезли с собой, потом нарезали из разноцветной бумаги флажков, нанизали их на верёвочки и повесили под потолком. Потом нарвали в поле цветов, наделали из них букетов и расставили на окнах в банках с водой. Хорошо получилось!

Вечером вожатый Витя уехал обратно в город. Марья Максимовна, лагерный сторож, которая жила рядом в маленьком домике, сказала, чтобы мы шли ночевать к ней, но мы не захотели. Мишка сказал, что мы ничего не боимся и будем ночевать одни в доме. Марья Максимовна ушла, а мы поставили во дворе самовар, сели на крылечке и отдыхали.

Хорошо было в лагере! Возле самого дома росли высокие рябины, а вдоль забора - огромные старые липы. На них множество круглых вороньих гнёзд.

Вороны кружились над липами и громко кричали. В воздухе гудели майские жуки. Они носились в разные стороны, налетали на стены дома и шлёпались на землю. Мишка подбирал их и складывал в коробочку.

А потом солнышко скрылось за лесом, и облака на небе вспыхнули красным пламенем. Так красиво стало! Если бы у меня были краски, я бы тут же нарисовал картину: вверху красные облака, а внизу наш самовар. А от самовара поднимается дым прямо к облакам, как из пароходной трубы.

Потом облака потухли и стали серые, как будто горы. Всё переменилось вокруг. Нам даже стало казаться, что мы попали каким-то чудом в другие края.

Самовар вскипел. Мы перенесли его в комнату, зажгли лампу и сели пить чай. В окно налетели ночные бабочки;

они кружились вокруг лампы, будто плясали. Всё было как-то необыкновенно. Тихо так, только самовар на столе шумит. Мы сидим и чай пьём, сами себе хозяева.

После чая Мишка запер на крючок дверь и ещё верёвкой за ручку привязал.

- Чтоб не забрались разбойники, - говорит.

- Не бойся, - говорим мы, - никто не заберётся.

- Я не боюсь. Так, на всякий случай. И ставни надо закрыть.

Мы посмеялись над ним, но ставни всё-таки закрыли, на всякий случай, и стали укладываться спать. Сдвинули три кровати вместе, чтоб удобнее было разговаривать.

Мишка стал просить пустить его в середину. Костя говорит:

- Ты, видно, хочешь, чтоб разбойники сначала нас убили, а потом только до тебя добрались. Ну ладно, ложись.

Пустили его в середину. Но он всё равно, должно быть, боялся: взял в кухне топор и сунул его себе под подушку. Мы с Костей чуть со смеху не лопнули.

- Ты только нас не заруби по ошибке, - говорим. - А то примешь нас за разбойников и тяпнешь по голове топором.

- Не бойтесь, - говорит Мишка, - не тяпну! Потушили мы лампу и стали в темноте рассказывать друг другу сказки. Сначала рассказал Мишка, потом я, а когда очередь дошла до Кости, он начал какую-то длинную страшную сказку про колдунов, про ведьм, про чертей и про Кощея Бессмертного. Мишка от страха закутался с головой в одеяло и стал просить Костю не рассказывать больше эту сказку. А Костя, чтоб попугать Мишку, принялся ещё кулаками по стене стучать и говорить, что это черти стучат. Мне самому сделалось страшно, и я сказал Косте, чтоб он перестал.

Наконец Костя унялся. Мишка успокоился и уснул. Стало тихо. Мы с Костей почему-то долго не могли уснуть. Лежим, прислушиваемся, как Мишкины жуки в коробке шуршат.

- Темно, как в погребе! - сказал Костя.

- Это потому, что ставни закрыты, - говорю я.

- А всё-таки мы храбрые! Не боимся одни ночевать! - говорит Костя.

Скоро чуточку посветлело. Стали видны щели в ставнях.

- Наверно, уже рассвет, - говорит Костя. - Теперь ночи совсем короткие.

- А может быть, луна взошла?

Наконец я задремал. Вдруг слышу сквозь сон:

Тук-тук-тук! Я проснулся. Мишка и Костя спят. Я разбудил Костю.

- Кто-то стучит, - говорю.

- Кто же может стучать?

- А вот послушай.

Прислушались мы. Тихо. Потом снова:

Тук-тук-тук!

- В дверь стучат, - говорит Костя. - Кто же это?

Подождали мы. Не стучат больше. “Может быть, показалось”, - думаем. Вдруг опять:

Тук-тук-тук! Тук-тук-тук!

- Тише, - шепчет Костя, - не надо отзываться. Может быть, постучит и уйдёт.

Подождали. Вдруг снова:

Тук-тук-тук! Тра-та-та-та!

- Ах, чтоб тебя разорвало! Не уходит! - говорит Костя.

- Может быть, это из города кто-нибудь приехал? - говорю я.

- Зачем же в такую поздноту ездить? Подождём. Если постучат ещё, спросим. Ждём. Никого нет.

- Наверно, ушёл, - говорит Костя. Только мы было успокоились, вдруг снова:

Тра-та-та-та! Я подскочил в постели от неожиданности.

- Пойдём, - говорю, - спросим.

- Пойдём.

Подкрались мы к двери.

- Кто там? - спрашивает Костя. Тихо. Никто не отвечает.

- Кто там? Молчит.

- Кто там? Никакого ответа.

- Наверно, ушёл, - говорю я.

Пошли мы обратно. Только отошли от двери;

Тук-тук-тук! Трах-та-тах! Бросились снова к дверям:

- Кто там? Молчит.

- Что он, глухой, что ли? - говорит Костя. Стоим мы, прислушиваемся. За дверью будто об стенку кто-то трётся.

- Кто там? Ничего не отвечает.

Отошли мы от двери. Вдруг снова:

Тук-тук-тук!

Забрались мы на кровать и дышать боимся. Сидели, сидели - не стучит больше. Легли. Думаем, не будет больше стучать.

Тихо. Вдруг слышим - шуршит по крыше. И вдруг по железу:

Бух-бух-бух! Трах!

- На крышу забрался! - прошептал Костя. Вдруг с другой стороны:

Бум-бум-бум! Бах!

- Да тут не один, а двое! - говорю я. - Что ж это они, крышу разобрать хотят?

Вскочили мы с кроватей, закрыли дверь в соседнюю комнату, откуда был ход на чердак. К двери стол придвинули и ещё другим столом и кроватью подпёрли. А на крыше всё стучат: то один, то другой, то вместе разом. И ещё третий к ним прибавился. И ещё кто-то снова в дверь колотить начал.

- Может быть, это кто-нибудь нарочно, чтоб напугать нас, - говорю я.

- Выйти, - говорит Костя, - да накостылять им по шее, чтоб не мешали спать!

- Ещё нам, - говорю, - накостыляют. Вдруг их там человек двадцать!

- А может, это и не люди!

- А кто же?

- Черти какие-нибудь.

- Брось, - говорю, - сказки рассказывать! И без сказок страшно!

А Мишка спит и ничего не слышит. Ему хоть бы что!

- Может быть, разбудить его? - спрашиваю.

- Не надо. Пусть пока спит, - говорит Костя. - Знаешь, какой он трус. До смерти перепугается.

Устали мы, прямо с ног валимся. Спать хочется! Костя забрался в постель и говорит:

- Надоела мне вся эта музыка! Пусть там себе хоть головы расшибут на крыше. Очень мне нужно обращать внимание.

Я вытащил у Мишки из-под подушки топор, положил его рядом с собой в кровать и тоже прилёг отдохнуть. Стук на крыше становился всё чаще и тише. Мне стало казаться, что это дождь по крыше стучит, и я не заметил, как снова уснул.

Утром просыпаемся от страшного стука. Во дворе шум и крик.

Я схватил топор, подбежал к двери.

- Кто там? - спрашиваю.

И вдруг слышу голос Вити, вожатого:

- Откройте, ребята! Что там с вами случилось? Полчаса достучаться не можем.

Я открыл дверь. Все ребята гурьбой ввалились в комнату. Витя увидел топор.

- Зачем топор? - спрашивает. - И что у вас за разгром такой?

Мы с Костей стали рассказывать, что здесь ночью случилось. Но никто нам не верил, все смеялись над нами и говорили, что это нам с перепугу показалось. Мы с Костей чуть не плакали от обиды.

Вдруг сверху послышался стук.

- Тише! - закричал Костя и поднял палец кверху.

Ребята умолкли и стали прислушиваться.

Тук-тук-тук! - стучало что-то по крыше.

Ребята застыли от удивления. Мы с Костей открыли дверь и потихоньку вышли во двор. Все пошли за нами. Мы отошли от дома в сторону и взглянули на крышу. Там сидела обыкновенная ворона и что-то клевала.

Тук-тук-тук! Бух-бух! - стучала она по железу клювом.

Ребята увидели ворону и расхохотались так громко, что ворона захлопала крыльями и улетела. Ребята сейчас же притащили лестницу; несколько человек забрались на крышу посмотреть, что там клевала ворона.

- Здесь прошлогодние ягоды рябины лежат. Наверно, вороны клюют их и стучат по крыше! - закричали ребята.

- Откуда же здесь ягоды рябины берутся? - говорим мы.

- Да тут ведь вокруг рябины растут. Вот ягоды прямо на крышу и падают.

- Постойте, а в дверь-то кто стучал? - говорю я.

- Да, - говорит Костя, - зачем это воронам понадобилось в дверь стучать? Вы ещё скажете, что вороны нарочно в дверь стучали, чтоб мы их переночевать пустили.

На это никто не мог ничего ответить. Все побежали на крыльцо и стали осматривать дверь. Витя поднял с крыльца ягоду и сказал:

- Они и не стучали в дверь. Они клевали на крыльце ягоды, а вам показалось, что стучат в дверь.

Мы посмотрели: на крыльце валялось несколько ягод рябины.

- Храбрецы! - смеялись над нами ребята. - Втроём испугались вороны!

- И совсем не втроём, а вдвоём, - говорю я, - Мишка спал как убитый и ничего не слышал.

- Молодец, Мишка! - закричали ребята. - Значит, ты один не боялся вороны?

- Я ничего не боялся, - ответил Мишка. - Я спал и ничего не знаю.

С тех пор все считают Мишку храбрецом, а нас с Костей трусами.

 

Огородники

Через день после того, как мы приехали в пионерлагерь, наш вожатый Витя сказал, что у нас будет свой огород. Мы собрались и стали решать, как будем обрабатывать землю и что сажать. Решили поделить землю на участки и чтобы на каждом участке бригада из двух человек работала. Сразу будет видно, кто впереди, а кто отстаёт. Отстающим решили помогать, чтобы вся земля была хорошо обработана и дала большой урожай.

Мы с Мишкой попросили записать нас в одну бригаду. Мы ещё в городе условились, что будем работать вместе и рыбу ловить вместе. Всё у нас было общее: и лопаты и удочки.

- Ребята, - сказал Вадик Зайцев, - я предлагаю сделать красное знамя и на нём написать: «Лучшему огороднику”. Кто первый вскопает участок, у того на участке поставим знамя.

- Правильно, - согласились ребята. - А потом будем за это знамя бороться. Кто лучше проведёт посадку, к тому перейдёт на участок знамя. Потом знамя будем передавать за прополку. А у кого окажется самый большой урожай, тому подарим осенью это знамя, и пусть он везёт его с собой в город.

Мы с Мишкой решили бороться за красное знамя.

- Как возьмём его в самом начале, так до конца не выпустим и домой увезём, - говорил Мишка.

Наш огород был недалеко от реки. Мы измерили землю рулеткой, наметили участки и вбили колышки с номерами. Нам с Мишкой достался двенадцатый участок. Мишка тут же стал кричать, что нам самый плохой участок дали.

- Да чем он плохой? - спрашивает Витя.

- Дырка вон тут в земле!

- Ну, что это за дырка! - засмеялся Витя. - Лошадь копытом продавила.

- И пень вон торчит, - говорит Мишка.

- И на других участках есть пни, посмотри.

Но Мишка уже никуда смотреть не хотел и кричал:

- Его ведь из земли выковыривать надо!

- Что ж, выкорчуете. Сами не справитесь, ребята помогут.

- Уж если возьмёмся - справимся, - обиделся Мишка. - Ещё и ребятам поможем, на буксир кого надо возьмём.

- Вот и хорошо, - сказал Витя.

Все ребята стали вскапывать землю. И мы с Мишкой стали копать.

Мишка то и дело бегал смотреть, сколько другие ребята вскопали. Я говорю ему:

- Ты не бегай, работай, а то мы меньше всех вскопаем.

- Ничего, - говорит, - я ещё поднажму.

И стал поднажимать. Поднажмёт, поднажмёт и снова убежит куда-нибудь.

В этот день мы мало работали. Скоро вожатый Витя позвал всех обедать. После обеда мы с Мишкой схватили лопаты и снова хотели на огород бежать, но Витя не позволил. Он сказал:

- Работать будем только до обеда. После обеда - отдыхать, а то у нас найдутся такие ребята, которые в первый же день перетрудятся и потом не смогут работать.

На следующее утро мы раньше всех примчались на огород и стали копать. Потом Мишка выпросил у Вити рулетку и принялся землю мерять, сколько у нас на участке вскопано да сколько осталось. Покопает немного и снова меряет. И всё ему кажется мало.

Я говорю:

- Конечно, будет мало, если я один копаю, а ты только меряешь!

Он бросил рулетку и стал копать. Только недолго копал. Корень ему в земле попался, так он этот корень стал из земли выдирать. Драл его, драл, весь участок разворотил. Даже на соседний участок залез и там выдирает этот корень.

- Да брось ты его, - говорю. - Чего ты к нему привязался?

- Я, - говорит, - думал, что он короткий, а он вон какой длинный, как удав.

- Ну и перестань с ним возиться!

- Да должен же он где-нибудь кончиться!

- А тебе будто не всё равно?

- Нет, - говорит, - я такой человек: если за что-нибудь взялся, обязательно до конца сделаю.

И снова ухватился руками за корень. Тогда я рассердился, подошёл и отрубил этот корень лопатой. А Мишка корень рулеткой измерил и говорит:

- Ого! Шесть с половиной метров! А если бы ты не отрубил, так он, может быть, метров двадцать был бы! Я говорю:

- Если бы я знал, что ты так будешь работать, то с тобой бы не связывался.

А он:

- Можешь отдельно. Я же тебя не заставляю.

- Как же теперь отдельно, когда у нас столько вскопано! Вот не получим из-за тебя красного знамени.

- Почему не получим? Ты посмотри, сколько у Вани Ложкина и Сени Боброва. Ещё меньше нашего.

Он побежал на участок Вани и Сени и стал над ними смеяться:

- Эх, вы! Придётся вас на буксир брать! А они его прогоняют:

- Смотри, как бы тебя не взяли! Я говорю:

- Чудак ты! Над другими смеёшься, а сам сколько сделал? И чего я только с тобой связался!

- Ничего, - говорит, - я одну штуку придумал. Завтра знамя будет на нашем участке.

- С ума, - говорю - сошёл! Тут на два дня работы, а с тобой и четыре провозишься.

- Вот увидишь, я потом тебе расскажу.

- Ты лучше работай. Всё равно земля сама не вскопается.

Он взял лопату, но тут Витя сказал, чтобы все шли обедать. Ну, Мишка лопату на плечо и помчался впереди всех в лагерь.

После обеда Витя стал красный флаг делать, а мы все ему помогали: кто палку строгал, кто материю подшивал, кто разводил краски. Флаг получился красивый. Палку выкрасили золотой краской, а на красной материи Витя написал серебряными буквами: “Лучшему огороднику”.

Мишка сказал:

- Давайте ещё пугало сделаем, чтоб вороны огород не клевали.

Эта затея всем очень понравилась. Взяли мы жердь и к ней крест-накрест палку привязали, достали старый мешок и сшили из него рубаху. Потом натянули эту рубаху на жердь, а сверху глиняный горшок надели. На горшке Мишка нарисовал углём нос, рот, глаза. Страшная рожа получилась! Поставили это пугало посреди двора. Все смотрели на него и смеялись.

Мишка отвёл меня в сторону и говорит:

- Вот что я придумал: давай, когда все лягут спать, удерём на огород и вскопаем свой участок. Оставим на утро кусочек маленький, завтра быстро вскопаем и получим знамя.

Я говорю:

- Если бы ты работал! А то ведь с разными пустяками возишься.

- Я буду хорошо работать, вот увидишь!

- Ну ладно, только если ты снова возьмёшься за старое, брошу всё и уйду.

Вечером все легли спать. И мы с Мишкой легли, только для виду. Я уже начал дремать. Вдруг меня Мишка толкает в бок:

- Вставай! А то не видать нам знамени как своих ушей! Встал я. Мы вышли так, чтобы никто нас не видел. Взяли лопаты и пошли на огород. Луна светила, и всё было видно.

Пришли на огород.

- Вот наш участок, - говорит Мишка. - Видишь, и пень торчит.

Стали мы копать. На этот раз Мишка хорошо работал, и мы много вскопали. Дошли до пня и решили его выкорчевать. Обкопали со всех сторон и стали из земли тащить. Тащили, тащили, а он не лезет. Пришлось обрубать корни лопатой. Устали, как лошади! Всё-таки вытащили. Землю заровняли, а пень Мишка на соседний участок бросил.

Я говорю:

- Это ты нехорошо сделал?

- А куда его девать?

- Нельзя же на чужой участок!

- Ну, давай его в реку бросим!

Взяли мы пень и потащили к реке. А он тяжёлый! Насилу дотащили - и бултых в воду! Он поплыл по реке, как будто спрут или осьминог какой. Мы посмотрели ему вслед и пошли домой. Больше в этот раз уже не могли работать, устали очень. Да нам совсем небольшой кусочек осталось вскопать.

Утром проснулись мы позже всех. Всё тело у нас болит: руки болят, ноги болят, спина болит.

- Что это? - спрашивает Мишка.

- Перетрудились, - говорю, - слишком много работали. Встали мы, размялись немного. За завтраком Мишка стал перед ребятами хвастать, что красное знамя достанется нам.

После завтрака все помчались на огород, а мы с Мишкой пошли не спеша. Куда нам спешить! Пришли на огород. Все, как кроты, роются, а мы ходим да посмеиваемся.

- Не видать вам знамени, - говорим, - как своих ушей! Ребята отвечают:

- Вы бы работали! Только другим мешаете. Тут Мишка говорит:

- А это вот чей участок? Совсем мало вскопано. И хозяев нет. Наверно, дрыхнут ещё!

Я посмотрел:

- Номер двенадцатый. Да это ведь наш участок!

- Не может быть, - говорит Мишка. - Мы больше вскопали.

- Мне, - говорю, - тоже казалось, что больше.

- Может быть, нарочно кто-нибудь номерки переменил?

- Нет, всё правильно. Вот одиннадцатый, а там тринадцатый.

Смотрим, и пень торчит. Мы растерялись даже.

- Послушай, - говорю я. - Если это наш участок, то откуда же пень взялся? Мы ведь его уже выкорчевали!

- Правда, - говорит Мишка. - Не мог же за ночь новый пень вырасти.

Вдруг слышим, Ваня Ложкин на своём участке кричит:

- Ребята, смотрите, какое чудо! У нас тут вчера пень был, а сегодня нету. Куда он делся?

Все побежали на это чудо смотреть. Подошли и мы с Мишкой.

“Что такое! - думаем. - Вчера у них и до половины не было вскопано, а сегодня совсем небольшой кусочек остался”.

- Мишка, - говорю я, - да это ведь мы ночью по ошибке на их участке работали и пень им выкорчевали!

- Да что ты!

- Верно!

- Ах мы ослы! - говорит Мишка. - Да что же нам теперь делать? По правилу, они должны нам свой участок отдать, а себе пусть берут наш. Что мы, даром у них работали?

- Молчи! - говорю. - Хочешь, чтоб над нами весь лагерь смеялся?

- Что же делать?

- Копать, - говорю, - вот что!

Схватили мы лопаты. Да не тут-то было: руки болят, ноги болят, спина не разгибается.

Скоро Ваня Ложкин и Сенька Бобров на своём участке работу кончили. Витя поздравил их и отдал им красное знамя.

Они поставили его посреди участка. Все собрались вокруг и в ладоши захлопали.

Мишка говорит:

- Это неправильно!

- Почему неправильно? - спрашивает Витя.

- Потому и неправильно, что за них кто-то пень выкорчевал. Они сами сказали.

- А мы виноваты? - говорит Ваня. - Может быть, его кто-нибудь себе на дрова выкорчевал. Разве мы запрещать будем?

- А может быть, его кто-нибудь по ошибке вместо своего выкорчевал, - ответил Мишка.

- Тогда бы он здесь был, а его нигде нет, - сказал Ваня.

- А может быть, они его в реку бросили, - говорит Мишка.

- Ну что ты пристал: “может быть” да “может быть”!

- Может быть, вам и участок кто-нибудь ночью вскопал, - не унимался Мишка.

Я его толкаю, чтоб он не проговорился. Ваня говорит:

- Всё может быть. Мы землю не меряли.

Пошли мы на свой участок и стали копать. А Ваня и Сенька стали рядом и хихикают.

- Вот работают! - говорит Сенька. - Будто во сне мочалку жуют.

- Надо их на буксир взять, - сказал Ваня. - У них ведь меньше всех вскопано.

Ну и взяли нас на буксир. Помогли нам копать и пень выкорчевать. Всё равно мы позже всех кончили. Ребята говорят:

- Давайте на их участке, как на отстающем, поставим пугало.

Все согласились и поставили пугало на нашем участке. Мы с Мишкой обиделись. А ребята говорят:

- Добивайтесь, чтоб ваш участок стал лучшим, когда посадка и прополка будут, вот и уберём тогда с вашего огорода пугало.

Юра Козлов предложил:

- Давайте пугало ставить отстающим.

- Давайте, - обрадовались все.

- А осенью подарим тому, у кого будет самый плохой урожай, - говорит Сенька Бобров.

Мы с Мишкой решили стараться изо всех сил, чтоб отделаться от этого пугала. Только у нас так ничего и не получилось. Всё лето простояло оно на нашем участке, потому что на посадке Мишка всё перепутал и посадил свёклу там, где уже была морковка посажена, а при прополке вместо сорняков петрушку повыдергал. Пришлось на этом месте в спешном порядке редиску посадить. Сколько раз я хотел отделиться от Мишки, да никак не мог. “Кто же, - думаю, - в беде товарища покидает!” Так и маялся с ним до конца.

Зато осенью красное знамя нам с Мишкой досталось. У нас самый большой урожай помидоров и кабачков оказался.

Ребята стали спорить.

- Это неправильно! - говорили они. - Всё время были отстающие, и вдруг самый большой урожай! Но Витя сказал:

- Ничего, ребята, всё правильно. Хоть они и отставали, но землю хорошо обрабатывали, старались и добивались, чтоб большой урожай был.

Ваня Ложкин сказал:

- У них земля была хорошая. А вот нам с Сеней скверная земля попалась. И урожай маленький, хоть мы и старались. За что же нам пугало подарили? Пусть они тогда и пугало берут себе, раз оно у них всё лето стояло.

- Ничего, - говорит Мишка, - мы возьмём и пугало. Давайте его сюда.

Все засмеялись, а Мишка сказал:

- Если б не это пугало, то мы и знамени не получили бы.

- Это почему же? - удивились все.

- Потому что на нашем участке оно ворон пугало, а на других вороны не боялись, вот и урожай получился меньше. И потом, из-за этого пугала мы не забывали, что нам надо стараться и работать лучше.

Я говорю Мишке:

- Зачем ты взял это пугало? Для чего оно нам?

- Ну, давай его в реку бросим, - говорит Мишка. Взяли мы пугало и бросили в реку. Оно поплыло по реке, растопырив руки. Мы посмотрели ему вслед и стали в него камнями бросать. А потом пошли в лагерь.

В тот же день Лёшка Курочкин снял нас фотоаппаратом вместе со знаменем. Так что, если кому-нибудь хочется карточку, мы можем прислать.


Добавить комментарий

     

Стоит почитать:

Посетители
486
Материалы
312
Количество просмотров материалов
447357


Яндекс.Метрика

Стоит посмотреть

владелец сайта Полянина Ольга

       Все тексты, представленные на сайте, взяты из открытых электронных источников. Права на материалы принадлежат их правообладателям.
     В том случае, если авторы текстов или владельцы авторских прав будут возражать против их расположения в открытом доступе прошу поставить меня об этом в известность.

     Я НЕМЕДЛЕННО уберу такие материалы из электронной библиотеки.
                                                       С уважением, Полянина Ольга      Написать письмо