Носов Николай Николаевич

                     Тук-тук-тук

Носов Николай Николаевич, тук-тук-тук, литература для 4 класса, рассказ для 4 класса читать онлайн, книги для начальной школы читать бесплатноМы втроём - я, Мишка и Костя - приехали в пионерлагерь на день раньше всего отряда. У нас было задание: украсить помещение к приезду ребят. Мы сами просили нашего вожатого Витю отправить нас вперёд. Нам очень хотелось поскорей в лагерь.

Витя согласился и сам поехал с нами. Когда мы приехали, в доме уже заканчивалась уборка. Мы развесили на стенах плакаты, картины, которые привезли с собой, потом нарезали из разноцветной бумаги флажков, нанизали их на верёвочки и повесили под потолком. Потом нарвали в поле цветов, наделали из них букетов и расставили на окнах в банках с водой. Хорошо получилось!

Вечером вожатый Витя уехал обратно в город. Марья Максимовна, лагерный сторож, которая жила рядом в маленьком домике, сказала, чтобы мы шли ночевать к ней, но мы не захотели. Мишка сказал, что мы ничего не боимся и будем ночевать одни в доме. Марья Максимовна ушла, а мы поставили во дворе самовар, сели на крылечке и отдыхали.

Хорошо было в лагере! Возле самого дома росли высокие рябины, а вдоль забора - огромные старые липы. На них множество круглых вороньих гнёзд.

Вороны кружились над липами и громко кричали. В воздухе гудели майские жуки. Они носились в разные стороны, налетали на стены дома и шлёпались на землю. Мишка подбирал их и складывал в коробочку.

А потом солнышко скрылось за лесом, и облака на небе вспыхнули красным пламенем. Так красиво стало! Если бы у меня были краски, я бы тут же нарисовал картину: вверху красные облака, а внизу наш самовар. А от самовара поднимается дым прямо к облакам, как из пароходной трубы.

Потом облака потухли и стали серые, как будто горы. Всё переменилось вокруг. Нам даже стало казаться, что мы попали каким-то чудом в другие края.

Самовар вскипел. Мы перенесли его в комнату, зажгли лампу и сели пить чай. В окно налетели ночные бабочки;

они кружились вокруг лампы, будто плясали. Всё было как-то необыкновенно. Тихо так, только самовар на столе шумит. Мы сидим и чай пьём, сами себе хозяева.

После чая Мишка запер на крючок дверь и ещё верёвкой за ручку привязал.

- Чтоб не забрались разбойники, - говорит.

- Не бойся, - говорим мы, - никто не заберётся.

- Я не боюсь. Так, на всякий случай. И ставни надо закрыть.

Мы посмеялись над ним, но ставни всё-таки закрыли, на всякий случай, и стали укладываться спать. Сдвинули три кровати вместе, чтоб удобнее было разговаривать.

Мишка стал просить пустить его в середину. Костя говорит:

- Ты, видно, хочешь, чтоб разбойники сначала нас убили, а потом только до тебя добрались. Ну ладно, ложись.

Пустили его в середину. Но он всё равно, должно быть, боялся: взял в кухне топор и сунул его себе под подушку. Мы с Костей чуть со смеху не лопнули.

- Ты только нас не заруби по ошибке, - говорим. - А то примешь нас за разбойников и тяпнешь по голове топором.

- Не бойтесь, - говорит Мишка, - не тяпну! Потушили мы лампу и стали в темноте рассказывать друг другу сказки. Сначала рассказал Мишка, потом я, а когда очередь дошла до Кости, он начал какую-то длинную страшную сказку про колдунов, про ведьм, про чертей и про Кощея Бессмертного. Мишка от страха закутался с головой в одеяло и стал просить Костю не рассказывать больше эту сказку. А Костя, чтоб попугать Мишку, принялся ещё кулаками по стене стучать и говорить, что это черти стучат. Мне самому сделалось страшно, и я сказал Косте, чтоб он перестал.

Наконец Костя унялся. Мишка успокоился и уснул. Стало тихо. Мы с Костей почему-то долго не могли уснуть. Лежим, прислушиваемся, как Мишкины жуки в коробке шуршат.

- Темно, как в погребе! - сказал Костя.

- Это потому, что ставни закрыты, - говорю я.

- А всё-таки мы храбрые! Не боимся одни ночевать! - говорит Костя.

Скоро чуточку посветлело. Стали видны щели в ставнях.

- Наверно, уже рассвет, - говорит Костя. - Теперь ночи совсем короткие.

- А может быть, луна взошла?

Наконец я задремал. Вдруг слышу сквозь сон:

Тук-тук-тук! Я проснулся. Мишка и Костя спят. Я разбудил Костю.

- Кто-то стучит, - говорю.

- Кто же может стучать?

- А вот послушай.

Прислушались мы. Тихо. Потом снова:

Тук-тук-тук!

- В дверь стучат, - говорит Костя. - Кто же это?

Подождали мы. Не стучат больше. “Может быть, показалось”, - думаем. Вдруг опять:

Тук-тук-тук! Тук-тук-тук!

- Тише, - шепчет Костя, - не надо отзываться. Может быть, постучит и уйдёт.

Подождали. Вдруг снова:

Тук-тук-тук! Тра-та-та-та!

- Ах, чтоб тебя разорвало! Не уходит! - говорит Костя.

- Может быть, это из города кто-нибудь приехал? - говорю я.

- Зачем же в такую поздноту ездить? Подождём. Если постучат ещё, спросим. Ждём. Никого нет.

- Наверно, ушёл, - говорит Костя. Только мы было успокоились, вдруг снова:

Тра-та-та-та! Я подскочил в постели от неожиданности.

- Пойдём, - говорю, - спросим.

- Пойдём.

Подкрались мы к двери.

- Кто там? - спрашивает Костя. Тихо. Никто не отвечает.

- Кто там? Молчит.

- Кто там? Никакого ответа.

- Наверно, ушёл, - говорю я.

Пошли мы обратно. Только отошли от двери;

Тук-тук-тук! Трах-та-тах! Бросились снова к дверям:

- Кто там? Молчит.

- Что он, глухой, что ли? - говорит Костя. Стоим мы, прислушиваемся. За дверью будто об стенку кто-то трётся.

- Кто там? Ничего не отвечает.

Отошли мы от двери. Вдруг снова:

Тук-тук-тук!

Забрались мы на кровать и дышать боимся. Сидели, сидели - не стучит больше. Легли. Думаем, не будет больше стучать.

Тихо. Вдруг слышим - шуршит по крыше. И вдруг по железу:

Бух-бух-бух! Трах!

- На крышу забрался! - прошептал Костя. Вдруг с другой стороны:

Бум-бум-бум! Бах!

- Да тут не один, а двое! - говорю я. - Что ж это они, крышу разобрать хотят?

Вскочили мы с кроватей, закрыли дверь в соседнюю комнату, откуда был ход на чердак. К двери стол придвинули и ещё другим столом и кроватью подпёрли. А на крыше всё стучат: то один, то другой, то вместе разом. И ещё третий к ним прибавился. И ещё кто-то снова в дверь колотить начал.

- Может быть, это кто-нибудь нарочно, чтоб напугать нас, - говорю я.

- Выйти, - говорит Костя, - да накостылять им по шее, чтоб не мешали спать!

- Ещё нам, - говорю, - накостыляют. Вдруг их там человек двадцать!

- А может, это и не люди!

- А кто же?

- Черти какие-нибудь.

- Брось, - говорю, - сказки рассказывать! И без сказок страшно!

А Мишка спит и ничего не слышит. Ему хоть бы что!

- Может быть, разбудить его? - спрашиваю.

- Не надо. Пусть пока спит, - говорит Костя. - Знаешь, какой он трус. До смерти перепугается.

Устали мы, прямо с ног валимся. Спать хочется! Костя забрался в постель и говорит:

- Надоела мне вся эта музыка! Пусть там себе хоть головы расшибут на крыше. Очень мне нужно обращать внимание.

Я вытащил у Мишки из-под подушки топор, положил его рядом с собой в кровать и тоже прилёг отдохнуть. Стук на крыше становился всё чаще и тише. Мне стало казаться, что это дождь по крыше стучит, и я не заметил, как снова уснул.

Утром просыпаемся от страшного стука. Во дворе шум и крик.

Я схватил топор, подбежал к двери.

- Кто там? - спрашиваю.

И вдруг слышу голос Вити, вожатого:

- Откройте, ребята! Что там с вами случилось? Полчаса достучаться не можем.

Я открыл дверь. Все ребята гурьбой ввалились в комнату. Витя увидел топор.

- Зачем топор? - спрашивает. - И что у вас за разгром такой?

Мы с Костей стали рассказывать, что здесь ночью случилось. Но никто нам не верил, все смеялись над нами и говорили, что это нам с перепугу показалось. Мы с Костей чуть не плакали от обиды.

Вдруг сверху послышался стук.

- Тише! - закричал Костя и поднял палец кверху.

Ребята умолкли и стали прислушиваться.

Тук-тук-тук! - стучало что-то по крыше.

Ребята застыли от удивления. Мы с Костей открыли дверь и потихоньку вышли во двор. Все пошли за нами. Мы отошли от дома в сторону и взглянули на крышу. Там сидела обыкновенная ворона и что-то клевала.

Тук-тук-тук! Бух-бух! - стучала она по железу клювом.

Ребята увидели ворону и расхохотались так громко, что ворона захлопала крыльями и улетела. Ребята сейчас же притащили лестницу; несколько человек забрались на крышу посмотреть, что там клевала ворона.

- Здесь прошлогодние ягоды рябины лежат. Наверно, вороны клюют их и стучат по крыше! - закричали ребята.

- Откуда же здесь ягоды рябины берутся? - говорим мы.

- Да тут ведь вокруг рябины растут. Вот ягоды прямо на крышу и падают.

- Постойте, а в дверь-то кто стучал? - говорю я.

- Да, - говорит Костя, - зачем это воронам понадобилось в дверь стучать? Вы ещё скажете, что вороны нарочно в дверь стучали, чтоб мы их переночевать пустили.

На это никто не мог ничего ответить. Все побежали на крыльцо и стали осматривать дверь. Витя поднял с крыльца ягоду и сказал:

- Они и не стучали в дверь. Они клевали на крыльце ягоды, а вам показалось, что стучат в дверь.

Мы посмотрели: на крыльце валялось несколько ягод рябины.

- Храбрецы! - смеялись над нами ребята. - Втроём испугались вороны!

- И совсем не втроём, а вдвоём, - говорю я, - Мишка спал как убитый и ничего не слышал.

- Молодец, Мишка! - закричали ребята. - Значит, ты один не боялся вороны?

- Я ничего не боялся, - ответил Мишка. - Я спал и ничего не знаю.

С тех пор все считают Мишку храбрецом, а нас с Костей трусами.

 

Огородники

Через день после того, как мы приехали в пионерлагерь, наш вожатый Витя сказал, что у нас будет свой огород. Мы собрались и стали решать, как будем обрабатывать землю и что сажать. Решили поделить землю на участки и чтобы на каждом участке бригада из двух человек работала. Сразу будет видно, кто впереди, а кто отстаёт. Отстающим решили помогать, чтобы вся земля была хорошо обработана и дала большой урожай.

Мы с Мишкой попросили записать нас в одну бригаду. Мы ещё в городе условились, что будем работать вместе и рыбу ловить вместе. Всё у нас было общее: и лопаты и удочки.

- Ребята, - сказал Вадик Зайцев, - я предлагаю сделать красное знамя и на нём написать: «Лучшему огороднику”. Кто первый вскопает участок, у того на участке поставим знамя.

- Правильно, - согласились ребята. - А потом будем за это знамя бороться. Кто лучше проведёт посадку, к тому перейдёт на участок знамя. Потом знамя будем передавать за прополку. А у кого окажется самый большой урожай, тому подарим осенью это знамя, и пусть он везёт его с собой в город.

Мы с Мишкой решили бороться за красное знамя.

- Как возьмём его в самом начале, так до конца не выпустим и домой увезём, - говорил Мишка.

Наш огород был недалеко от реки. Мы измерили землю рулеткой, наметили участки и вбили колышки с номерами. Нам с Мишкой достался двенадцатый участок. Мишка тут же стал кричать, что нам самый плохой участок дали.

- Да чем он плохой? - спрашивает Витя.

- Дырка вон тут в земле!

- Ну, что это за дырка! - засмеялся Витя. - Лошадь копытом продавила.

- И пень вон торчит, - говорит Мишка.

- И на других участках есть пни, посмотри.

Но Мишка уже никуда смотреть не хотел и кричал:

- Его ведь из земли выковыривать надо!

- Что ж, выкорчуете. Сами не справитесь, ребята помогут.

- Уж если возьмёмся - справимся, - обиделся Мишка. - Ещё и ребятам поможем, на буксир кого надо возьмём.

- Вот и хорошо, - сказал Витя.

Все ребята стали вскапывать землю. И мы с Мишкой стали копать.

Мишка то и дело бегал смотреть, сколько другие ребята вскопали. Я говорю ему:

- Ты не бегай, работай, а то мы меньше всех вскопаем.

- Ничего, - говорит, - я ещё поднажму.

И стал поднажимать. Поднажмёт, поднажмёт и снова убежит куда-нибудь.

В этот день мы мало работали. Скоро вожатый Витя позвал всех обедать. После обеда мы с Мишкой схватили лопаты и снова хотели на огород бежать, но Витя не позволил. Он сказал:

- Работать будем только до обеда. После обеда - отдыхать, а то у нас найдутся такие ребята, которые в первый же день перетрудятся и потом не смогут работать.

На следующее утро мы раньше всех примчались на огород и стали копать. Потом Мишка выпросил у Вити рулетку и принялся землю мерять, сколько у нас на участке вскопано да сколько осталось. Покопает немного и снова меряет. И всё ему кажется мало.

Я говорю:

- Конечно, будет мало, если я один копаю, а ты только меряешь!

Он бросил рулетку и стал копать. Только недолго копал. Корень ему в земле попался, так он этот корень стал из земли выдирать. Драл его, драл, весь участок разворотил. Даже на соседний участок залез и там выдирает этот корень.

- Да брось ты его, - говорю. - Чего ты к нему привязался?

- Я, - говорит, - думал, что он короткий, а он вон какой длинный, как удав.

- Ну и перестань с ним возиться!

- Да должен же он где-нибудь кончиться!

- А тебе будто не всё равно?

- Нет, - говорит, - я такой человек: если за что-нибудь взялся, обязательно до конца сделаю.

И снова ухватился руками за корень. Тогда я рассердился, подошёл и отрубил этот корень лопатой. А Мишка корень рулеткой измерил и говорит:

- Ого! Шесть с половиной метров! А если бы ты не отрубил, так он, может быть, метров двадцать был бы! Я говорю:

- Если бы я знал, что ты так будешь работать, то с тобой бы не связывался.

А он:

- Можешь отдельно. Я же тебя не заставляю.

- Как же теперь отдельно, когда у нас столько вскопано! Вот не получим из-за тебя красного знамени.

- Почему не получим? Ты посмотри, сколько у Вани Ложкина и Сени Боброва. Ещё меньше нашего.

Он побежал на участок Вани и Сени и стал над ними смеяться:

- Эх, вы! Придётся вас на буксир брать! А они его прогоняют:

- Смотри, как бы тебя не взяли! Я говорю:

- Чудак ты! Над другими смеёшься, а сам сколько сделал? И чего я только с тобой связался!

- Ничего, - говорит, - я одну штуку придумал. Завтра знамя будет на нашем участке.

- С ума, - говорю - сошёл! Тут на два дня работы, а с тобой и четыре провозишься.

- Вот увидишь, я потом тебе расскажу.

- Ты лучше работай. Всё равно земля сама не вскопается.

Он взял лопату, но тут Витя сказал, чтобы все шли обедать. Ну, Мишка лопату на плечо и помчался впереди всех в лагерь.

После обеда Витя стал красный флаг делать, а мы все ему помогали: кто палку строгал, кто материю подшивал, кто разводил краски. Флаг получился красивый. Палку выкрасили золотой краской, а на красной материи Витя написал серебряными буквами: “Лучшему огороднику”.

Мишка сказал:

- Давайте ещё пугало сделаем, чтоб вороны огород не клевали.

Эта затея всем очень понравилась. Взяли мы жердь и к ней крест-накрест палку привязали, достали старый мешок и сшили из него рубаху. Потом натянули эту рубаху на жердь, а сверху глиняный горшок надели. На горшке Мишка нарисовал углём нос, рот, глаза. Страшная рожа получилась! Поставили это пугало посреди двора. Все смотрели на него и смеялись.

Мишка отвёл меня в сторону и говорит:

- Вот что я придумал: давай, когда все лягут спать, удерём на огород и вскопаем свой участок. Оставим на утро кусочек маленький, завтра быстро вскопаем и получим знамя.

Я говорю:

- Если бы ты работал! А то ведь с разными пустяками возишься.

- Я буду хорошо работать, вот увидишь!

- Ну ладно, только если ты снова возьмёшься за старое, брошу всё и уйду.

Вечером все легли спать. И мы с Мишкой легли, только для виду. Я уже начал дремать. Вдруг меня Мишка толкает в бок:

- Вставай! А то не видать нам знамени как своих ушей! Встал я. Мы вышли так, чтобы никто нас не видел. Взяли лопаты и пошли на огород. Луна светила, и всё было видно.

Пришли на огород.

- Вот наш участок, - говорит Мишка. - Видишь, и пень торчит.

Стали мы копать. На этот раз Мишка хорошо работал, и мы много вскопали. Дошли до пня и решили его выкорчевать. Обкопали со всех сторон и стали из земли тащить. Тащили, тащили, а он не лезет. Пришлось обрубать корни лопатой. Устали, как лошади! Всё-таки вытащили. Землю заровняли, а пень Мишка на соседний участок бросил.

Я говорю:

- Это ты нехорошо сделал?

- А куда его девать?

- Нельзя же на чужой участок!

- Ну, давай его в реку бросим!

Взяли мы пень и потащили к реке. А он тяжёлый! Насилу дотащили - и бултых в воду! Он поплыл по реке, как будто спрут или осьминог какой. Мы посмотрели ему вслед и пошли домой. Больше в этот раз уже не могли работать, устали очень. Да нам совсем небольшой кусочек осталось вскопать.

Утром проснулись мы позже всех. Всё тело у нас болит: руки болят, ноги болят, спина болит.

- Что это? - спрашивает Мишка.

- Перетрудились, - говорю, - слишком много работали. Встали мы, размялись немного. За завтраком Мишка стал перед ребятами хвастать, что красное знамя достанется нам.

После завтрака все помчались на огород, а мы с Мишкой пошли не спеша. Куда нам спешить! Пришли на огород. Все, как кроты, роются, а мы ходим да посмеиваемся.

- Не видать вам знамени, - говорим, - как своих ушей! Ребята отвечают:

- Вы бы работали! Только другим мешаете. Тут Мишка говорит:

- А это вот чей участок? Совсем мало вскопано. И хозяев нет. Наверно, дрыхнут ещё!

Я посмотрел:

- Номер двенадцатый. Да это ведь наш участок!

- Не может быть, - говорит Мишка. - Мы больше вскопали.

- Мне, - говорю, - тоже казалось, что больше.

- Может быть, нарочно кто-нибудь номерки переменил?

- Нет, всё правильно. Вот одиннадцатый, а там тринадцатый.

Смотрим, и пень торчит. Мы растерялись даже.

- Послушай, - говорю я. - Если это наш участок, то откуда же пень взялся? Мы ведь его уже выкорчевали!

- Правда, - говорит Мишка. - Не мог же за ночь новый пень вырасти.

Вдруг слышим, Ваня Ложкин на своём участке кричит:

- Ребята, смотрите, какое чудо! У нас тут вчера пень был, а сегодня нету. Куда он делся?

Все побежали на это чудо смотреть. Подошли и мы с Мишкой.

“Что такое! - думаем. - Вчера у них и до половины не было вскопано, а сегодня совсем небольшой кусочек остался”.

- Мишка, - говорю я, - да это ведь мы ночью по ошибке на их участке работали и пень им выкорчевали!

- Да что ты!

- Верно!

- Ах мы ослы! - говорит Мишка. - Да что же нам теперь делать? По правилу, они должны нам свой участок отдать, а себе пусть берут наш. Что мы, даром у них работали?

- Молчи! - говорю. - Хочешь, чтоб над нами весь лагерь смеялся?

- Что же делать?

- Копать, - говорю, - вот что!

Схватили мы лопаты. Да не тут-то было: руки болят, ноги болят, спина не разгибается.

Скоро Ваня Ложкин и Сенька Бобров на своём участке работу кончили. Витя поздравил их и отдал им красное знамя.

Они поставили его посреди участка. Все собрались вокруг и в ладоши захлопали.

Мишка говорит:

- Это неправильно!

- Почему неправильно? - спрашивает Витя.

- Потому и неправильно, что за них кто-то пень выкорчевал. Они сами сказали.

- А мы виноваты? - говорит Ваня. - Может быть, его кто-нибудь себе на дрова выкорчевал. Разве мы запрещать будем?

- А может быть, его кто-нибудь по ошибке вместо своего выкорчевал, - ответил Мишка.

- Тогда бы он здесь был, а его нигде нет, - сказал Ваня.

- А может быть, они его в реку бросили, - говорит Мишка.

- Ну что ты пристал: “может быть” да “может быть”!

- Может быть, вам и участок кто-нибудь ночью вскопал, - не унимался Мишка.

Я его толкаю, чтоб он не проговорился. Ваня говорит:

- Всё может быть. Мы землю не меряли.

Пошли мы на свой участок и стали копать. А Ваня и Сенька стали рядом и хихикают.

- Вот работают! - говорит Сенька. - Будто во сне мочалку жуют.

- Надо их на буксир взять, - сказал Ваня. - У них ведь меньше всех вскопано.

Ну и взяли нас на буксир. Помогли нам копать и пень выкорчевать. Всё равно мы позже всех кончили. Ребята говорят:

- Давайте на их участке, как на отстающем, поставим пугало.

Все согласились и поставили пугало на нашем участке. Мы с Мишкой обиделись. А ребята говорят:

- Добивайтесь, чтоб ваш участок стал лучшим, когда посадка и прополка будут, вот и уберём тогда с вашего огорода пугало.

Юра Козлов предложил:

- Давайте пугало ставить отстающим.

- Давайте, - обрадовались все.

- А осенью подарим тому, у кого будет самый плохой урожай, - говорит Сенька Бобров.

Мы с Мишкой решили стараться изо всех сил, чтоб отделаться от этого пугала. Только у нас так ничего и не получилось. Всё лето простояло оно на нашем участке, потому что на посадке Мишка всё перепутал и посадил свёклу там, где уже была морковка посажена, а при прополке вместо сорняков петрушку повыдергал. Пришлось на этом месте в спешном порядке редиску посадить. Сколько раз я хотел отделиться от Мишки, да никак не мог. “Кто же, - думаю, - в беде товарища покидает!” Так и маялся с ним до конца.

Зато осенью красное знамя нам с Мишкой досталось. У нас самый большой урожай помидоров и кабачков оказался.

Ребята стали спорить.

- Это неправильно! - говорили они. - Всё время были отстающие, и вдруг самый большой урожай! Но Витя сказал:

- Ничего, ребята, всё правильно. Хоть они и отставали, но землю хорошо обрабатывали, старались и добивались, чтоб большой урожай был.

Ваня Ложкин сказал:

- У них земля была хорошая. А вот нам с Сеней скверная земля попалась. И урожай маленький, хоть мы и старались. За что же нам пугало подарили? Пусть они тогда и пугало берут себе, раз оно у них всё лето стояло.

- Ничего, - говорит Мишка, - мы возьмём и пугало. Давайте его сюда.

Все засмеялись, а Мишка сказал:

- Если б не это пугало, то мы и знамени не получили бы.

- Это почему же? - удивились все.

- Потому что на нашем участке оно ворон пугало, а на других вороны не боялись, вот и урожай получился меньше. И потом, из-за этого пугала мы не забывали, что нам надо стараться и работать лучше.

Я говорю Мишке:

- Зачем ты взял это пугало? Для чего оно нам?

- Ну, давай его в реку бросим, - говорит Мишка. Взяли мы пугало и бросили в реку. Оно поплыло по реке, растопырив руки. Мы посмотрели ему вслед и стали в него камнями бросать. А потом пошли в лагерь.

В тот же день Лёшка Курочкин снял нас фотоаппаратом вместе со знаменем. Так что, если кому-нибудь хочется карточку, мы можем прислать.


Добавить комментарий

     

Стоит почитать:

Посетители
486
Материалы
312
Количество просмотров материалов
447357


Стоит посмотреть

владелец сайта Полянина Ольга

       Все тексты, представленные на сайте, взяты из открытых электронных источников. Права на материалы принадлежат их правообладателям.
     В том случае, если авторы текстов или владельцы авторских прав будут возражать против их расположения в открытом доступе прошу поставить меня об этом в известность.

     Я НЕМЕДЛЕННО уберу такие материалы из электронной библиотеки.
                                                       С уважением, Полянина Ольга      Написать письмо

x